Почему расследование "Карфаген" страшнее любого киношного детектива

Трапани можно было назвать одним из самых ярких городов в Италии в целом и на Сицилии в частности. Однако в этой стране столько ярких городов, столько величественных домов и разогретых солнцем мраморных улиц, что Трапани мог полностью потеряться в моих итальянских путешествиях. И действительно потерялся! В памяти остались города вокруг – романтический Эриче, высокогорными улочками которого можно было гулять в облаках или скалы Сан-Вито. О Трапани с его променадами и паромами на Эгадских островах я почти забыл.

Но вспомнил сразу, как только появились очередные пленки из операции "Карфаген" – я бы даже назвал эту операцию проектом, так многие из нее узнаем о нашем государстве. И вот почему.

Именно в Трапан происходили события знаменитого сериала Дамиано Дамиани "Спрут" – а для меня это знаковый фильм юности. Телезрители в Советском Союзе были в восторге от красавца-героя Микеле Плачидо, но меня в первую очередь интересовали не романы комиссара полиции, а то, как было организовано сицилийское общество тогда, когда неподкупный комиссар Каттани приезжает на остров, чтобы возглавить местную полицию. И вот я гуляю по Трапану, вижу дворцы, комиссариат полиции, адвокатские конторы, банки и думаю: как это все-таки жить в стране, где государство и организованная преступность настолько тесно переплетены, что ты просто не знаешь, где кончается преступник и начинается прокурор. Или судья. Или правоохранитель.

И вот сейчас я знаю.

Мы настолько привыкли к перманентной борьбе с коррупцией, наличие которой было нашей главной претензией к любой власти времен независимости, что даже не заметили, как на разрыхленном грунте проросла настоящая мафия.

Пока это мафия гопников. Это мелкие и недальновидные люди, пришедшие на государство службу исключительно ради обогащения, а войну восприняли как шанс для максимального обогащения. Эти люди по непонятным причинам уверены в собственной безнаказанности, говорят о преступлениях прямо под микрофоны антикоррупционных структур и убегают за границу, теряя по дороге печать генерального прокурора.

Если бы не инфантильность украинского избирателя и невозможность заменить и очистить власть во время войны, эти люди никогда бы так не развернулись. С другой стороны, если бы Украина так критически не зависела от Запада в своем стремлении если не победить, то хотя бы выжить эти люди действительно могли бы оставаться безнаказанными – как в соседней России.

Если не остановить этих – придут другие. Такие, какие были на Сицилии. Более осторожны. Умные. Способны не говорить под микрофонами детективов. Ничего не подписывать. Не просто убивать неловких журналистов и юристов, а щедро финансировать своих. Люди, которые превратят выборы в церемониал, а власть – в орудие собственного обогащения.

Впрочем, нечто подобное уже происходит. С каждым новым сериалом "Карфагена" Украина все больше напоминает государство, захваченное мафией, – при показательном молчании высших должностных лиц, создавших предпосылки для этой катастрофы.

Из захваченного мафией государства можно выйти путем выборов, обновления страны, люстрации всех, кто избирался к власти из рядов популистских проектов или сотрудничал с ними на государственной службе. Но во время войны мы лишены такой возможности и это еще один стимул для Путина продолжать эту войну. Силовые варианты демонтажа мафиозного государства также не для страны, для которой демократия – важное доказательство необходимости дальнейшей помощи.

С мафиози не работает тезис об одной лодке, в которой мы все находимся, – неудивительно, что у одного из руководителей мафии есть прозвище "Мексиканец" и возможные связи с российскими спецслужбами.

Банальный коррупционер может быть просто не заинтересован резать доившую корову – это и есть измерение его патриотизма. Мафиози уверен, что его бизнес будет работать под любым флагом. Ему непонятны не только понятия морали и чести, но и важность государственных границ. Да, новые хозяева могут заменить влияние мафиози собственным – но вы никогда ему этого не сможете доказать, потому что он уверен, что он сам или нужные люди со всеми обо всем договорятся.

Коррупционеру нужны должность и государство. Мафиози заинтересован только в территории ограбления. О том, что его действия могут привести к гибели государства, он не задумается ни на минуту – даже если будет носить генеральскую форму спецслужб этого государства или будет работать в его правительстве.

И именно поэтому непобедимый спрут – смертный приговор для Украины.