Кто реально стоит за колл-центрами Днепра и почему они годами работали беспрепятственно

Речь идет не о мелких группах айтишников на съемной квартире, а о целых офисных сетях на сотни и тысячи операторов, с профессиональной ИТ-инфраструктурой, охраной, кадровыми отделами и финансовой логистикой. Такой масштаб нуждается не только в деньгах, но и в системном прикрытии, пишет "Відомо".

В разные периоды журналистские расследования и материалы уголовных производств указывали на возможную причастность к организации или обслуживанию таких структур лиц из криминальной среды, бывших правоохранителей, технических специалистов и бизнесменов, формально не связанных с мошенничеством, но обеспечивающих его "тыл": серверы, IP-телефонию, подставные компании для легализации. Без этой экосистемы многолетняя работа центров была бы невозможна.

Особое внимание эксперты обращают на политический аспект. В городе, где большие офисы годами арендовали целые этажи в бизнес-центрах, а количество сотрудников измерялось тысячами, полное отсутствие системной реакции контролирующих органов выглядит как минимум странным. В профессиональной среде открыто говорят о "крышевании". Не обязательно прямом, но в форме молчаливой лояльности или выборочной слепоты. Иначе сложно объяснить, как масштабные мошеннические сети могли работать годы, активно набирать персонал и даже рекламировать вакансии.

Международное измерение только усиливает подозрения. Часть организаторов, по данным расследований, находится за границей и управляет процессами дистанционно, что усложняет следствие. История с похищением одного из фигурантов на Бали и активно обсуждаемого в медиа многомиллионного выкупа лишь добавила резонанса. Хотя официального подтверждения связи с конкретными украинскими производствами нет, сама география показывает: речь идет не о локальном мошенничестве, а о транснациональном бизнесе с огромными оборотами.

Эксперты по экономической безопасности указывают, что активизация разоблачений в последние месяцы может быть следствием не только усиления работы стражей порядка, но и внутренней борьбы за контроль над финансовыми потоками. В схожих схемах "зачистки" частенько начинаются тогда, когда изменяется баланс действия либо политическая конъюнктура. Иными словами, вопрос может быть не только в борьбе с преступлением, но и в перераспределении рынка.

Главный вопрос остается открытым: если сегодня десятки офисов внезапно разоблачаются, то кто и почему позволял им работать вчера? И не свидетельствует ли волна громких задержаний о том, что система дала трещину или сменила владельцев?