Уехать, чтобы уберечь ребенка: история днепрянки, выбравшей эвакуацию (ФОТО)

На этой неделе днепряне массово вспоминают, как для них началась война, первые эмоции, первые действия. Одну из таких историй записала журналистка "Відомо". Она о выборе, который сделал каждый из нас в начале полномасштабного вторжения.

Утро 24 февраля 2022 года для днепрянки Ксении Кирилюк началось с грохота, который невозможно забыть. Через несколько недель она с 11-летним сыном Вениамином стояла в многочасовой очереди на эвакуационный поезд, не зная, куда именно едет. Она думала, что уезжает на несколько месяцев, а прошло четыре года.

Сегодня Ксения живет в Испании и признается: дом все равно пахнет Днепром.

"В 5 утра дом затрясло"

-Помните ли утро 24 февраля?

-Я никогда его не забуду. Проснулась от грохота – дом буквально трясло. Я не понимала, что происходит. Было невероятно страшно. Я впилась в кровать и боялась подняться. Началась паника. Было 5 утра. Помню первый вопрос моего сына. Я разбудила его, а он, ничего не понимая, спросил: "Мама, я что проспал школу?". Я сказала, что сегодня в школу мы не идем.
В восемь я побежала в АТБ, там были огромные очереди. Весь город был в панике. И тогда я поняла: мы совсем не были готовы к этому. Было страшно и полное непонимание будущего.

"Я не хотела, чтобы он знал, что такое война"

-Как приняли решение эвакуироваться?

-Сначала я не думала уезжать. У меня большая семья, я не представляла себя без них. Но в марте все же приняла решение – ради ребенка. Я не хотела, чтобы он знал, что такое война.
Уехала только ради него. Я сказала Вениамину о начале войны утром 24 февраля, но он не понял, что происходит. Когда я приняла решение уезжать, он спросил меня, зачем мы едем, и я еще раз пыталась объяснить ему, что такое война – в его глазах была растерянность, страх и непонимание. Сложно объяснить ребенку, почему мы едем только вдвоем, что он должен оставить все вещи, друзей, покинуть свои хобби. Он очень творческий и активный ребенок: играл на гитаре, ходил на плавание, играл в театре. Даже книгу когда-то озвучивал. Сложно сказать, что теперь ты должен все это бросить. У меня тогда не было ответов на многие его вопросы. Я тогда сама еще не верила, что такое может произойти в цивилизованном обществе.
Я верила, что это максимум на 2–3 месяца. Плана не было. Мы с сыном просто поехали на вокзал в четыре утра, чтобы занять очередь на эвакуационный поезд. Было очень холодно. Люди в очереди держали друг другу места, грелись чаем. Мы простояли до вечера. Это была самая длинная очередь в моей жизни. Но когда сели в поезд – были счастливы. Мы заняли одну верхнюю полочку и ехали "валетиком". Для понимания: на одной полочке тогда сидело по 3-4 человека. Поезд должен был прибыть на следующий день, но ехали мы трое суток. Еда закончилась. На одной из станций волонтеры кормили горячими блюдами, раздавали воду и сладости детям. Тогда сын спросил: "Мама, куда мы едем?" Я не знала, что ответить. А он добавил: "Я не хочу быть беженцем". Я поцеловала его и сказала, что сделаю все, чтобы у нас все было хорошо. И что мы скоро вернемся. Я также хотела взять с собой двух моих сестер 12 и 15 лет, но родители тогда побоялись отпускать их в неизвестность. Мы договорились, когда я устроюсь где-нибудь, смогу их забрать. Сейчас они рядом. И мама. В Днепре остался только папа.

Спортзал, супермаркет без окон и больница

Сначала добрались до Польши. Там Ксения с сыном сначала попали в лагерь в спортзале. Впоследствии – в огромный заброшенный супермаркет без окон.

-Это была ужасная ночь. Куча людей, гул, дети кричат, грязные матрасы, не хватало еды на всех. Сын тогда впервые расплакался. А я не знала, что делать дальше, – рассказывает днепрянка.

Ксения поняла: в Польше оставаться не хочет, Германия пугала языком и бюрократией, Норвегия – далеко. Решила ехать в Испанию: Вениамин в школе учил испанский.

-Мы взяли на Ryanair бесплатные билеты на самолет в Мадрид, который должен был вылетать из Варшавы. Но на самолет мы не успели, потому что на следующий день Вениамину стало очень плохо. А потом и мне. Мы попали в больницу. Только после выздоровления смогли найти эвакуационный автобус в Испанию. Вся дорога была очень сложной – и морально, и физически. Мы не знали, куда едем. Я почти не спала. В поезде следила, чтобы сын не упал с полки, в лагерях – чтобы не исчезли вещи. Это было абсолютное истощение.

Фургонный городок и первые уроки реальности

В Испании семья поначалу жила в фургонном городке.

– Испания не давала денежной помощи, и я это знала. Нас кормили и дали маленькую комнату. В лагере был комендантский час, нам нельзя было выходить после 10 часов ночи. Жили мы в отдельной комнате в фургоне с другой семьей из латинской Америки. Мы почти не выходили из комнаты, читали книги, говорили, слушали музыку, как могли отвлекались от грустных мыслей. Через две недели нас перевели в пенсионат для пожилых людей, где отдельное крыло обустроили для украинцев. Это был новый вызов, язык не очень давался, а никто не понимал английского. Я понимала, что это только начало, и расслабляться нельзя. Постоянно вспоминала, как хорошо мы жили до войны.

Там мальчик нашел друзей, дети катались на роликах в актовом зале, появилось ощущение стабильности.

Через несколько месяцев семья получила новый вызов – самостоятельно искать жилье. Цены на аренду были заоблачными.

-Но мы справились, с помощью друг друга смогли преодолеть все трудности, – говорит днепрянка.

Новая жизнь у моря и любовь "с первого взгляда"

Сегодня Ксения живет у моря. Вениамин ходит в школу, свободно говорит на испанском, играет на фортепиано, занимается шахматами, волейболом, стрельбой из лука, греблей – получил несколько медалей.

Именно в Мадриде Ксения встретила мужчину, которого называет любовью на всю жизнь.

-Мы познакомились на игре "Мафия", организованной украинцами. Это была любовь с первого взгляда. На следующий день я ехала на соревнование в Италию (занимаюсь спортом), и он сказал: если выиграю – поведет нас в парк аттракционов. Я не выиграла, но в парк Геннадий нас повел. И больше мы не расставались.

Муж сразу назвал Вениамина своим сыном. А недавно в семье появился еще один мальчик – Ростислав, сейчас ему три месяца.

– Для нас важно оставаться причастными к Украине. И сейчас еще важнее, потому что мы хотим, чтобы наш второй сын был знаком с украинскими традициями и поддерживал их. Мы участвуем во всех мероприятиях, знакомим испанцев с нашей культурой. Недавно готовили украинский борщ с фрикадельками на кулинарных соревнованиях, – рассказывает девушка.

"Хочу пройтись по набережной"

-Мечтаете ли вернуться в Днепр?

-Мы очень мечтаем об окончании войны. Я уже четыре года хочу приехать домой. Пройтись по набережной. Зайти в Варус или АТБ, купить вкусности. Поехать на "Озерку" за свежим сыром. Я скучаю по своим улицам. За запахом города. За домом. Ибо за границей, как бы хорошо ни было, ты все равно не чувствуешь себя так, как дома.

История Ксении – о страхе и решительности, о материнском выборе и дороге в неизвестность. О том, как можно потерять привычную жизнь и построить новую. Но дом, говорит она, всегда там, где твои корни.
Как только завершится эта страшная война – будет путь к Днепру.