Война не за Донбасс, а за контроль: настоящие требования Кремля и какой должна быть победа Украины

Россия ведет войну не за территорию Донецкой или Луганской области. Она ведет ее за контроль над Украиной. За то, кто будет решать, как нам жить.

Многие спрашивают и обсуждают: почему так сложно остановить эту войну? Почему нельзя просто сесть и договориться? Россияне же говорят, что за переговоры. В Вашингтоне говорят, что Россия хочет мира. Говорят. А тут выходит Путин и даже не врет: да, за мир. Но на своих условиях. То есть когда все цели войны, которую развязала Россия, будут достигнуты.

А цели эти известны, Кремль трубит о них везде, в том числе в ООН. Территория там — один пункт. Да и тот не про Донецкую область. Крым и четыре области полностью, уже вписанные в их конституцию, включая Запорожье и Херсон, которые они не контролируют.

А дальше: армия такого размера, какой позволит Россия. Никаких военных союзов, ни одного иностранного солдата в Украине. Вопрос НАТО. Вопрос языка. Вопрос церкви. Вопрос Украины как буфера между Россией и Европой, ни туда ни сюда.

Вот и спросите себя: сколько пунктов из этого списка закрывает Донецкая область? Правильный ответ: ни одного.

Все эти требования открыты. И ни одно громкое заявление этой недели, хоть из США, хоть из России, их пока не отменяет. А пока список открыт, Россия войну не останавливает. Она не соглашается остановить ее даже по линии боевого соприкосновения.

Саму же временно оккупированную территорию Россия использует как инструмент. Инструмент давления на Украину и на тех, кому Россия продает простую мысль: отдайте территорию, и всё закончится. Нет. Для Кремля она работает как крючок. То, что уже захватили, назвать решенным. А дальше войной и угрозами выбивать остальной список требований. Хотеть, чтобы стрельба остановилась, не означает согласиться на условия Кремля.

Пятый год полномасштабной войны. Украина не согласилась ни на один пункт из этого списка. И победа измеряется не только линией, где остановится война. Она измеряется еще и списком того, что Россия хотела и не получила.

Теперь о нас. Социологи из "Рейтинга" на этой неделе опубликовали опрос. Половина украинцев считает, что мир важнее любой победы. На вопрос о территориальных уступках ради мира 56% говорят "да", но только при реальных гарантиях безопасности от США и Европы. Уступить при любых условиях готовы 3%.

Ответ насчет мира у людей есть. Все его хотят. Разговор о победе в обществе тоже есть. Но в основном — о территориях. О другой части российского списка его практически нет.

Ответы на эти вопросы могут быть разными, и дискутировать о них — нормально. Но формулировать их должна Украина. Не Россия.

Люди устали. Всем сложно. И никто не знает, когда этот ужас закончится. Но когда встанет вопрос остановки, на стол лягут и эти условия, о которых сегодня почти никто не говорит. Именно тогда эти вопросы и начнут раскачивать.

Если появится соглашение и война остановится, то без ответа на эти вопросы одни скажут "победили", другие скажут "сдали". И на этот раскол россияне тоже делают ставку. Только на шаг вперед.

Почему именно на него? Потому что для этого даже не нужно придумывать ложь. Достаточно найти настоящую трещину и расширять ее. Подогревать обе стороны и ждать, пока мы сцепимся между собой. А дальше расшатывать украинское общество через телеграм-каналы и вбросы.

Пустое место, где должен был бы быть наш общий ответ, они заполнят своим. Так это работает. Мы должны понимать это заранее.

Поэтому прекращение огня, дай Бог, чтобы оно наступило как можно скорее, будет лишь началом большого разговора в украинском обществе.

Кто-то спросит, а что тогда победа? По моему мнению, победа — это когда Украина сама решает, какую армию иметь и какого размера, с кем дружить и как жить. Это когда есть гарантии, которые реально сработают, если Россия снова нападет. Это когда у Украины остается своя ракетная программа. Когда Генеральная Ассамблея ООН и дальше не признает ни псевдореферендумов, ни присоединения к России временно оккупированных Крыма и частей Донецкой, Луганской, Запорожской и Херсонской областей. Да, пока они оккупированы. Но остаются Украиной.

И когда международное право в отношении Украины не переписывают ни силой, ни политическими уступками России. Ни под каким предлогом.