Не о параде. Россия-2026: как будут развиваться политические процессы

Сейчас, по моим личным наблюдениям, в России происходит два тектонических сдвига:

1. Практически все в России осознали и артикулируют один важный тезис: война будет продолжаться до тех пор, пока жив Путин. Это важный сдвиг в сознании на фоне того, что война непопулярна, есть страх мобилизации и ожидания новой войны в Балтике.

2. Этот транзит, если шире, идет следующим образом: нас все боятся (2021) – мы быстро победим (2022-24) – что-то идет не так (2025) – война будет продолжаться столько, сколько будет жив Путин (2026). Далее следует развилка – или народ ломают или он начинает получать определенную субъектность. Что важно, эту субъектность чувствуют всегда элиты, которые также могут несколько по-другому начать себя вести.

3. Вместе с этим происходит транзит части лоялистов и индифферентных в сторону оппозиционности Путину. Я считаю, что до конца 2026 года у нас будет ситуация 50 на 50 в вопросе поддержки Путина. Последние выборы Путина показали, что уровень его реальной поддержки составил 71-72% (мы тогда делали нашу социологию). Это пиковое значение его реальной поддержки. Иными словами, в России примерно треть населения плюс-минус оппозиционна Путину. до конца 2026 года, повторюсь, если исходить из сегодняшних вводных, реальное количество сторонников и противников Путина сравнится. Точнее, эта модель будет условно такой: 50% за, 40% против и 10% будут говорить, что они вне политики. Как будет выглядеть эта оппозиция? Она будет разделена между либералами и ура-патриотами.

4. Уже сейчас власти попытаются купить ура-патриотов участием в политике. Уже есть полуофициальное заявление о том, что 20% думы будут отданы участникам войны. Более того, Единая Россия не забирает на себя монополию на ветеранов, а сами ветераны пройдут через разные партии, однако, без создания партии ветеранов. И самое главное: говорить о том, что это канализирует переход ура-патриотов в нужный для власти формат пока рано. Система не готова к возвращению миллиона людей из армии. И пока весь этот процесс - это война между Кириенко (ответственный за всю внутреннюю политику) и Белоусовым (министр обороны) за то, кто будет главным по ветеранам. Белоусов здесь, безусловно, не самостоятельная фигура, а просто фронтит группу силовиков, желающих ограничить роль Киренко во внутренней политике. Думаю, в результате Путин какие-то полномочия отнимет у Кириенко, но оставит систему внутреннего конфликта между этими игроками. Но, что важнее: эта модель, как минимум, на этом этапе не устраняет широкой оппозиционности Путину и не позволяет, пока, маргинализировать большую часть ура-патриотов. Им будет тесно в пределах нынешней политической модели, которая будет реализована в следующей Думе с минимальными косметическими правками. Более того, как бы это ни парадоксально ни звучало, но лишь минимальная часть ура-патриотов хочет бесконечной войны Путина.

5. Либералы неожиданно получили новое лицо: Боню. И, похоже, власть попытается и дальше их маргинализировать страхом и бонями. Но прошлые выборы показали безумный запрос даже на никому неизвестного кандидата в Президенты и друга Кириенко Надеждина, которого власти вынуждены были снять с выборов.

Конечно, сейчас никто не позволит создать либеральную партию. Но эти люди научились жить параллельно с властью и будут ждать своего времени. Новообращенные либералы-оппозиционеры будут такими же тихими, как и их старшие товарищи. И будут ждать в свое время.

6. Как бы это ни парадоксально ни звучало, но смерть режима во многом будет зависеть от того, объединятся ли эти две оппозиции в какой-то разумной перспективе.

7. Режим не может не реагировать на все происходящее внизу. При этом единственная форма реакции, которую понимает режим – закручивание гаек и репрессии. А это в свою очередь ускорит разрыв между народом и властью. При этом нам следует понимать: уменьшение поддержки Путина не означает, что народ готов к поражению в том смысле, как они его понимают.